«…А степная трава пахнет горечью, молодые ветра зелены.» Спектакль «Поле» в театре «Практика»

Повесть Чингиза Айтматова «Саманчынын жолу», по-киргизски означающая «Дорога соломщика» или «Млечный путь» в русском переводе была названа писателем «Материнское поле», что, по ассоциации, ближе и понятнее русскому читателю.

Источник фото: официальный сайт театра

Режиссер спектакля Марина Брусникина назвала свой спектакль еще короче — «Поле», соединив в одном слове-символе бескрайние пространства земли и жизни. Сюжет рассказывает историю Толгонай, прожившей большую жизнь в киргизском аиле, на чью долю выпали война, потеря мужа и сыновей, а затем и невестки. История женщины разворачивается линейно, меняется лишь ритм: стремительно проносится первая любовь и брак, годы семейного счастья оказываются быстры и коротки по сравнению с долгими, сложными годами войны и гибелью близких.

Источник фото: официальный сайт театра

Шесть актрис (Паулина Андреева, Анна Зайкова, Марина Петренко, Виктория Корлякова, Яна Гладких и Александра Урсуляк) по очереди озвучивают фрагменты жизни сперва девушки, потом женщины и матери, после — бабушки. Седьмая актриса, Нина Гусева — голос невестки Толгонай, звонкой Алиман. Одновременно с солистом то и дело звучит хор голосов, создающий атмосферу деревенского быта, с его общим счастьем и общим горем. Количество актрис неслучайно. Цифра семь, которая, среди прочего, может означать полноту и целостность, отсылает к мысли, что человек — неотъемлемая часть природы, а смерть — лишь часть жизненного цикла.

Источник фото: официальный сайт театра

Отношение к смерти и войне — тема, говоря о которой сложно избежать пафоса и надрыва, но Марина Брусникина очень аккуратно обходится без этих непременных атрибутов. Декорация с полем цветов над сценой позволяет режиссеру показать степное село в беспрерывном круговороте жизни, в котором нет места всепожирающей и губительной тоске по умершим, поскольку все вышли из одной земли, в нее все со временем и вернутся. Вовлеченность в космический порядок подчеркнута еще одной деталью — пиджаками. В спектакле с исключительно женским составом они выполняют роль мужчин: тех, кто ходил по этому полю, а затем лег в него, защищая. В действительности они никуда не ушли. Они здесь, и будут незримо присутствовать в каждом новом урожае хлеба.

Источник фото: официальный сайт театра

Земля, урожай и женщина обычно соединяются в образе Матери-земли. В ряде мифов мать теряет свое дитя, однако то возвращается в облике героя и, если в мифе присутствует община, вдыхает в общину новую жизнь. Любопытно, что и колосья пшеницы, а точнее, растущее зерно, могут трактоваться как возрождение героя. Такой образный ряд выводит действие «Поля» еще на один круг — Толгонай отпускает всех своих мужчин на войну, в какой-то момент даже произнося: «конечно, кому же и защищать народ, если не таким джигитам, как мои сыновья!», понимая, что они могут не вернуться, но принимая их выбор. Конечно же, подрастающий внук Толгонай займет место ушедших сыновей в семье, даже профессию выбирает как у отца, пусть и не родного. Отдельно стоит отметить имя, которое бабушка дает своему внуку — Жанболот, которое можно перевести как пожелание ребенку крепкого здоровья и долгой жизни.

Источник фото: официальный сайт театра

Минимализм сценографии и костюмов в «Поле» делает не слишком очевидным место действия — легко перенести происходящие события почти в любую случайную деревню, даже не слишком привычные российскому зрителю имена не режут ухо, а звучат абсолютно интернационально. История, рассказанная автором-мужчиной красочным и образным восточным языком, голосами женщин-актрис звучит пронзительно и близко, вызывая острое сопереживание у зрителей.

Возможно, так происходит потому, что незаслуженно забытый текст «Материнского поля» в действительности говорит не о войне и смерти, а о мире и жизни, об опыте проживании и принятии потерь. Что сейчас снова начинает звучать своевременно.

Автор – Вирсавия Алексеева