28 апреля на Новой сцене Большого театра в рамках конкурсной программы Российской национальной театральной премии «Золотая маска» состоялся показ балета «Грозовой перевал» Севастопольского государственного театра оперы и балета.
Совершенно не верится, что можно какими-то угловатыми придуманными буквами объяснить движение, движение, движение «Грозового перевала»… Хитклифф, Кэти, Линтон, Хиндли – перетекающие друг в друга и кажущиеся как будто чем-то одним, то рвущиеся вперед порывисто, то становящиеся продолжением стульев, столов, пола – настолько мягкое созвучие с предметом, настолько тонкая взаимосвязь.
Верится, что лучше всего про дышащую прерывисто волынку, танцы на столах, про трубное и тревожное, почти душащее, скажут сами ирландские песни, сами танцы, сама оркестровая яма прогремит торжественно, почти прокричит об этом – но не слова. Невозможно – нет, совершенно невозможно про это написать, можно только вытанцевать, выплеснуть из себя, изогнувшись, балет.
Балет – и не балет, а что-то выплаканное, задыхающееся, дрожащее – дрожащее всем своим существом. Огромной винтовой лестницей, по которой Линтон (Джона Пол Кук, британский хореограф и танцовщик) гнался за Кэти (Ксения Рыжкова, танцевавшая и в России, и в Германии) и никак не мог догнать, скрипящими дверьми, фигуркой в белом платьице… Ксения Рыжкова признавалась, что ей невыносимо сложно танцевать Кэтрин, что она потом очень долго отходит от этой роли. И, честно, казалось, что она не играет, она вся – там, она и есть это струнное мятущееся движение, эти протянутые вперед руки. Потому что Джона Пол Кук, который не только танцует в этом балете, он же – его режиссер-постановщик, выразил это настолько тонко, налажено, выстроено…
В сцене, где объявлена помолвка Кэтрин и Линтона, например, Кэти надевает кафтан – синий кафтан. А синий – это цвет Линтона. Очень просто, легко и понятно – и одновременно странно смотреть, как летящая ткань на миг зависает в воздухе; так не двигаются, не могут так двигаться вещи!
Думается, что зрителям, которые в рамках успели посмотреть «Грозовой перевал», надолго запомнятся Нелли (Валерия Муханова, ведущая солистка МАМТ) и ее бешеные ронд де, и дождь, и Кэтрин, все время бегущая к дверям, к окнам, и арии (да, арии!) мистера Эрншо, которые исполнил Григорий Соловьев (солист Московского театра «Геликон-опера»).
Запомнятся цветы, которые маленькая Кэти собирала себе же на могилу – ведь потом они с маленьким Хитклиффом бросили их на холм, в котором только что скрылись они же – только взрослые. Запомнятся эта щемящая потерянность в конце и отчего-то – желание танцевать. Непреодолимое желание танцевать.
Автор – Алиса Антонова
