Двуличный фрукт: «Лжец» в ТЮЗе им. Брянцева

29 апреля питерский ТЮЗ им. Брянцева представил премьеру спектакля «Лжец» по пьесе Гольдони. Для его постановки пригласили итальянского режиссёра Ферруччо Меризи — это театральный педагог, директор экспериментальной актерской школы, руководитель международного театрального фестиваля «Странствующий Арлекин». Когда-то он учился в Театре Пикколо ди Милано у выдающегося режиссера Джорджо Стрелера, далее — в театре Эудженио Барбы, известного теоретика современного театрального искусства. Затем создал свою театральную компанию.

фото с сайта театра

«Лжец» — не первый спектакль Меризи на российской сцене, до этого он уже ставил сказку Карло Гоцци «Король-олень» в иркутском ТЮЗе им. Вампилова в 2014 году. После этой премьере контакты режиссёра с Россией не закончились, итальянец часто проводил актёрские мастер-классы, привозил спектакли на гастроли в рамках фестиваля «Радуга». А решение о постановки «Лжеца» вообще было принято ещё до пандемии, поэтому можно сказать, что премьере помогли состояться крепкие дружеско-партнёрские отношения. 

К постановке были привлечены и другие специалисты из Италии. Музыку к спектаклю написал Паоло Йус, костюмы разработала Элеттра Дель Мистро, а настоящие маски в соответствии с традициями дель арте создали художники Лючия Дзагет и Джулия Колусси. И казалось, что постановка, настолько плотно прошитая итальянскими нитями, просто обречена была стать живой, праздничной комедией дель арте.

фото с сайта театра

По сюжету молодой повеса Лелио (Дмитрий Ткаченко) возвращается в Венецию после учёбы в другом городе, где он вёл весёлую, безудержную жизнь, каждый день сочиняя себе новые приключения. В Венеции он встречает двух красавиц-дочерей доктора Баланзони (Виталий Кононов): Беатриче (Анна Мигицко) и Розауру (Алиса Золоткова). Естественно, он очаровывается, ухаживает за обеими сразу, не говоря им, кого он по правде любит. 

У девушек есть и другие поклонники: у Розауры — до нелепости скромный Флориндо (Радик Галиуллин) и у Беатриче — статный красавец Оттавио (Кузьма Стомаченко). Однако это не мешает Лелио плести ажурную паутину лжи и убеждать девушек, что хочет жениться на одной из них. В какой-то момент ложь Лелио приводит его к всё более серьёзным проблемам как с девушками, так и с их отцом Баланзони, и с его собственным отцом Панталоне (Владимир Чернышов).

фото с сайта театра

Классические маски комедии дель арте от итальянских мастеров носят не все персонажи: для пар влюблённых маски их заменяет яркий, вычурный грим. Это также продолжает традиции дель арте и в каком-то смысле оставляет актёрам пространство для более яркого выражения харáктерности своих персонажей. Многие костюмы также решены в традициях народной итальянской комедии: у Панталоне красный брючный костюм с такого же цвета шляпкой и острая козлиная бородка; Арлекин и его возлюбленная Коломбина носят яркие наряды, сотканные из разноцветных лоскутов; а Беатриче и Розаура одеты в кукольные розовое и красное платья из шелков и кружева. 

Однако во всём внешнем разноцветии и яркости совсем не чувствовуется так необходимая для дель арте праздничность. В игре актёров (не всех, но большинства) нет ни лёгкости исполнения, ни эксцентричной радостности, ни пластической живости. А если высвечивать их интонации, то складывается впечатление, будто актёры играют что-то из Островского, а о Гольдони узнали лишь накануне. Скажи им сымпровизировать — и они посыпятся.

фото с сайта театра

В самом ритме спектакля нет никакой динамики, между сценами появляются непозволительно длинные паузы. Иногда актёры на полном серьёзе слушают шаги удаляющегося за кулисы персонажа. Зачем спектаклю такие искусственно созданные, убивающие всю живость безвоздушные пространства — не ясно. Карнавально-яркие софиты (свет Максима Греллера) не расцвечивают пустые арки псевдодомов венецианских улочек (сценография Надежды Осиповой) — праздника дель арте не получается. И символом всего фальшивого в спектакле становится сцена, в которой группа музыкантов в гондоле исполняет итальянскую песенку, и певица безжалостно машет мимо нот. 

Но, как говорит пословица, нет худа без добра — и в «Лжеце» есть дуэт Алисы Золотковой-Анны Мигицко и Владимир Чернышов в роли Панталоне. С самого первого появления сестёр Розауры и Беатриче на «джульеттовском» балкончике загорается огонёк надежды, что комедия в итальянском стиле возможна на сцене ТЮЗа.

Артистки создают потрясающие, гротескно комичные образы. Они действительно могут вызвать зрительский смех не только тем положением, в котором оказались их персонажи, но и простым движением бёдер. Их ловкая и шустрая пластика местами напоминает движения заводных механических кукол, а в звонких голосах есть что-то кошачье: иногда мурчащее, а иногда наоборот — визгливое. Из того, с каким наслаждением они «играются» в своих персонажей, рождается и так необходимая жанру лёгкость и искристость.

фото с сайта театра

Замечательным получается и Панталоне. Персонаж Чернышова звучит несколько тише и спокойнее остальных, но нельзя не отметить то, как мастерски артист «обживает» свою маску: он трясётся и сжимается всем своим худощавым телом над одной монеткой чаевых для гондольера, при этом, хоть его персонаж и кряхтит на полусогнутых ножках, в артисте нет никакой зажатости и грузности. И, как будто наперекор традиции, но благодаря мягкому и спокойному голосу Чернышова его персонаж получается пусть сварливым, но светлым и лучистым стариком.

Говоря о будущем спектакле, режиссёр Меризи выражал надежду, что «получится очень интересный фрукт с хорошим вкусом». И в спектакле «Лжец» действительно есть «сочные» персонажи, есть и сцены, напитанные праздничной театральностью. Но стоит взять нарумяненную грушу «Лжеца» в руки и немного её покрутить — окажется, что груша упала на землю и отбила себе коричневый бок.

Автор: Анастасия Воронкова