Любовь к женщине – трагическая обязанность мужчины. Спектакль «Дачники» в театре «Сфера»

«Громадное большинство той интеллигенции, какую я знаю, ничего не ищет, ничего не делает и к труду пока не приспособлено…», – эти едкие слова чеховского студента Трофимова можно считать главной квинтэссенцией, вокруг которой Максим Горький разрабатывает фабулу пьесы «Дачники». Драматург заставляет героев говорить очень много, то пышно декламируя патетический текст, то выпаливать краткие афоризмы. Он откровенно выставляет напоказ личные симпатии и антипатии, идеологические тезисы и философские выводы. Максим Горький называет человека «зоологическим типом», но одновременно с этим ставит перед ним невероятно высокую планку духовного совершенства, к которой современному человеку, повязанному ипотеками, гаджетами, вирусами, – дотянуться просто невозможно. Разве остаётся у него время на то, чтобы задуматься: почему слово «человек» должно звучать гордо?

Фото: Юлия Ласкорунская

Утончённой и хрупкой предстаёт в одноимённом спектакле театра «Сфера» Варвара, главный антипод всех пустословных «дачников». Актриса Евгения Казарина очень органично смотрится в образе просветлённой и страдающей от окружающей пошлости молодой женщины. Короткая стрижка, открытый взгляд, аристократическая бледность, изящная фигура, скромные наряды – делают персонаж очень милым и обаятельным. Не зря дядя Семён приглашает Варю сбежать к нему от нелюбимого мужа (Павел Гребенников). Семёна Семёновича воплощает на сцене Александр Алексеев – актёр вне возраста или штампов, игра которого восхищает, стирает грань между лицедейством и реальностью.

Фото: Юлия Ласкорунская

Для режиссёра Александра Коршунова было важно показать историю сложных взаимоотношений интеллигенции достоверно, в духе психологического театра. Поэтому от актёров он требует предельной точности в игре, в каждой интонации и жесте. Отталкиваясь от характера своего героя, исполнители дополняют сценический облик важными нюансами, полутонами, обогащая игровую палитру. Виктория Склянченкова делает жену доктора надоедливой, нервной наседкой, постоянно глупо кудахтающей. Улыбчивый красавчик Замыслов в рисунке Анатолия Смиранина переполнен цветущей молодостью, желанием каждый день завоевывать мир, а вместе с ним и коварные женские сердца. Совсем другим, серьёзным и решительным, выдается Влас, которого замечательно, искренно и живо играет молодой актёр Даниил Толстых. Импульсивный Рюмин Никиты Спиридонова появляется всегда неожиданно, чтобы в финале удивить несуразным поступком.

Фото: Сергей Омшенецкий

Женские персонажи очень разные: взвинченная и нервозная красавица Юлия (Ирина Сидорова), всегда с влажными глазами драматичная Калерия (Екатерина Ишимцева), размеренная в своём трагичном флёре врач Мария Львовна (Валентина Абрамова) и её добрая дочка Соня (Валерия Гладилина). Все они не просто соседи по дачам, между ними точатся сложные хитросплетения чувств, интриг, разочарований и боли. Сколько надежд ранимая Варя возлагала на литератора Шалимова, видя в нём благородного человека, бесстрашного и свободного!

Фото: Юлия Ласкорунская

Актёру Дмитрию Ячевскому достаточно бросить один взгляд, как сразу становится ясно: его писатель видит Варю насквозь, но не имеет желания соответствовать выдумкам женской фантазии. Он осознанно не стремится «глаголом жечь сердца людей», ведь он в сущности такой же дачник, как и все остальные, просто ходит с блокнотом и нехотя записывает туда неостроумные фразы. Настоящими актёрскими победами можно назвать работы Сергея Загорельского (доктор Дудаков) и Олега Алексеенко (инженер Суслов). В финальных саркастических высказываниях доктора, загнанного в угол стенаниями жены, столько живого и ироничного чувства. Перебивая его, Суслов произносит длинный монолог: жёсткий, прямолинейный, немного несуразный. Этот инженер абсолютно горьковский персонаж полнохарактерный и цельный, разбивающий вдребезги идею о свободных «новых людях».

Фото: Юлия Ласкорунская

Музыка Моцарта, романсы и старинные русские вальсы (автор музыкального оформления Павел Герасимов) добавляют аристократического духа в жизнь дачников. Кто-то из них затянет романс или вспомнит строчку песни, будто пытаясь скрыться за ней, утаить от окружающих свою смуту. Ольга Коршунова впускает много воздуха в пространство сцены, разделив её на небольшие островки: вот там мостик, одинокий рояль, а напротив качелей расстелили покрывало, где Юлия жадно пьёт шампанское. Она не любит мужа, но и уйти от него не в состоянии. Здесь все притягиваются друг другу, как магниты, но приблизившись – болезненно отталкиваются как несовместимые заряды.

Страсти утихнут так же неожиданно, как и разразились. Снова горничная Саша (Людмила Корюшкина) накроет на стол, аккуратно расстелив белую скатерть, выровняет по линеечке ряд стульев, которые ещё минуту назад были хаотично разбросаны. И наступит покой… Никакие сверхцели, лежащие за гранью возможностей обычного человека, не смогут его нарушить.