Рекурсивная хроника событий: «Бумерит» Игоря Сергеева и Владимира Кузнецова

Кен Уилбер — молодой айтишник, который бьётся над созданием искусственного интеллекта и верит, что доживёт до того момента, когда люди получат возможность загрузить собственное сознание в цифровой мир — безопасный, предсказуемый, безошибочный. Идеальный.

фото: Иван Черных

В поисках решений для задач развития кремниевой формы жизни (то есть, ИИ), он изучает углеродную (то есть, человека) — в частности, посещает лекции по психологии, которые частенько напоминают собрания сект. На одном из таких собраний он узнаёт о спиральной динамике — теории, согласно которой все процессы развития в мире людей протекают по спирали, где новый виток вбирает и развивает открытия предыдущего. И любой феномен этого мира проходит один и тот же путь от младенчества к зрелости (от первобытно-общинного строя — к глобализму, от стартапа — к организации с контролируемым самоуправлением и так далее). А человечество в настоящий момент застряло на «зелёном» витке спирали, на стадии «бумерита», как назвал его автор первоисточника Кен Уилбер (рекурсия!). Кстати, он сам о романе говорит, что это «самоосознающая пародия на объекты собственной критики».

фото: Иван Черных

На Западе «плюрализм, заражённый нарциссизмом» первым поразил беби-бумеров, детей тучных послевоенных лет. В общем плане бумерит — это крайний индивидуализм, обостренное ощущение собственного влияния, релятивизм, тотальная толерантность, отрицание иерархий, «болезнь благополучия» с «проблемами первого мира»… Кажется, в России с поправкой на разрыв в социальном и экономическом развитии спектакль по книге Уилбера корректнее было бы назвать «Миллениалит»! Тем более, что создатели постановки взяли из книги только концепцию и некоторых персонажей, пустившись в исследование окружающего мира и содержимого собственных голов и душ. Премьера состоялась в «Скороходе» в декабре, но есть все основания полагать, что к следующим показам спектакль трансформируется, так что главная цель этого текста — ввести зрителя в общий курс дела и вооружить его инструментарием для более глубокого понимания.

(Примечание: к майской премьере спектакль и вправду сильно изменился! Про итоговую версию можно почитать здесь)

фото: Иван Черных

На что это похоже?

Время, место и даже реальность/виртуальность пространства действия не играют большой роли, спектакль напоминает трёхмерную модель то ли общества, то ли человеческого сознания, которую вертишь, увеличивая отдельные участки. И оно не работает так, как должно, что-то в нём не так, но что? Именно над этой проблемой думает Кен-персонаж, и лекция по спиральной динамике наталкивает его на идею настолько же простую, насколько гениальную: нужно дать ИИ возможность самому развиться с «младенческого» бежевого уровня — и в какой-то момент он нагонит и перегонит человека, обеспечив его переход на новый уровень бытия…

фото: Иван Черных

Время от времени на площадке «Скороход» идёт перформанс «Questioning / Кто ты?», во время которого зрители сидят друг напротив друга и заполняют анкеты про своих визави, предполагают, кто они, чем занимаются, о чём мечтают, во что верят, чего боятся. Первая анкета поверхностна, и вынести суждение оказывается проще простого, во второй начинаются вопросы, на которые и за себя-то не сразу ответишь, не то что за другого человека. А один из опросников оказывается воображаемым: глядя незнакомцу в глаза, нужно предположить, что он думает на спорные политические или религиозные темы. И этот опыт осознания, как легко ты можешь навесить ярлык, как мало на самом деле понимаешь о себе и насколько многого можешь не подозревать об окружающих, кажется одним из возможных ключей к осмыслению «Бумерита».

фото: Иван Черных

Вместе с Кеном на лекции ходят очень разные люди с разными целями — кто-то ищет нравственную опору, кто-то — ответы, кто-то занимается самопознанием, кто-то откровенно скучает. И ожесточённые диалоги после лекций обнажают разницу между системами ценностей, которая затрудняет коммуникацию. А ещё подвешивают в воздухе очевидный для стороннего наблюдателя вопрос: как ты можешь понять другого, если ты и себя-то не до конца понимаешь? Восприятие равняется искажению: живые люди рядом, но мы видим картинку — их крупные планы выводятся на экран. Трудно не вспомнить здесь «Иранскую конференцию» тех же режиссёров (продюсер «Бумерита», кстати, Иван Вырыпаев). Но здешние диспуты оказываются куда более близкими к жизни, они препарируют не мир идей, а реальность. Поэтому камера отказывается от корректной дистанции и ощупывает персонажей со всех сторон, а они оказываются нарочито телесными: Юлия Гришаева теребит мочку уха, Александр Лушин хохочет, скаля зубы, на лбу Вари Светловой лихорадочно бьётся венка.

фото: Иван Черных

Их эмоциональные диалоги, как на сеансе мануальной терапии, простукивают болевые точки зрителя — от страха смерти до опасения за свои права, от желания защититься от манипуляций до зависимости от интернета и лайков, от стремления к свободе до неспособности выбирать, от комплекса неполноценности до комплекса отличника… Вот она, болезнь благополучия в лицах. Когда базовые потребности оказываются закрыты, выясняется, что дальше всё слишком сложно. И здесь каждый справляется как может — встраивается в свою иерархию, находит «взрослого», который поможет сделать выбор: в патриархальных ценностях или феминизме, спорте или йоге, астрологии, соционике или хьюман-дизайне, в религии или науке. В этой модели всё связано со всем, а противоположности способны оборачиваться друг другом, потому что являются не более чем изгибами одной и той же спирали. Апогей научного взгляда на мир — разработка ИИ — оказывается стремлением встать на позицию Бога. А творение — акт высшей ответственности — попыткой избавиться от неё раз и навсегда. Но Бог обречён творить по своему образу и подобию, и коренной дефект системы, неуловимая и поэтому неразрешимая ошибка, сохранится в его создании. Потому что спираль — это повторение траектории с более широким захватом.

фото: Иван Черных

Зачем это смотреть?

Предложенная модель мира оказывается фрактальной, одни и те же закономерности проецируются на любые масштабы и сферы жизни, поэтому «Бумерит» — это полемичный спектакль. С одной стороны, он даёт тебе возможность посмотреть на свою правду со стороны и найти в ней изъян. А с другой…

Из своего положения «над», потому что ты сидишь в зале на возвышении, и ты всё-таки настоящий человек, а те, кто перед тобой — персонажи, рождённые чьей-то фантазией, — ты понимаешь куда больше, чем они. И собираешь свою стройную концепцию из разных реплик, деталей и намёков, и отвечаешь на вопросы, на которые герои со своих позиций ответить не могут. И можешь подумать: на самом деле всё очень просто. И сделать ошибку — неуловимую и поэтому неразрешимую. Совсем как в жизни, центром которой привык себя чувствовать.