Мечты о возвращении к прошлому. «Августовские киты» в Театре на Васильевском

В начале апреля в Театре на Васильевском вышел новый спектакль Дениса Хусниярова «Августовские киты» по пьесе американского драматурга Дэвида Берри. Это история о двух сёстрах преклонного возраста, которые вместе проводят долгий и тёплый закат своей жизни в домике на берегу океана. Здесь нет яркого, цепляющего событийного ряда, ничего как будто бы не происходит: герои просто ведут неспешные разговоры о том о сём, вспоминают былые времена, пьют чай на веранде, ужинают при свечах в компании бежавшего из умирающей Российской империи барона да ждут прихода китов в бухту. Но спектакль захватывает своей атмосферой — тягучей, медово-солёной, как томлёный августовский воздух в приморском городке, атмосферой жизни, стремящейся к изысканности.

фото: соцсети театра

В спектакле мы видим несколько дней из жизни главных героинь Сары (Надежда Живодёрова) и Либби (Наталья Кутасова). Обеим около восьмидесяти лет, и жизнь у них давным-давно сложена и устроена как надо. Все их дни, наполненные обычной рутиной и воспоминаниями о прошлом, будто сливаются в один бесконечный. Героини понимают, что им осталось не так много времени для жизни, поэтому предпочитают радоваться каждому дню как подарку. Монотонное пребывание на этом свете их не удручает. Наоборот, они им наслаждаются: когда ранним утром Сара медленно расчёсывает седые волосы Либби, они с нежными улыбками и спокойным придыханием вспоминают своё детство и погибших мужей, а взгляд Сары, который направлен куда-то далеко в сторону — назад в прошлое или вглубь себя — полон светлой грусти. Всё в их расслабленных позах и блаженных лицах говорит о том, что эти, очевидно, не раз уже состоявшиеся беседы по-прежнему доставляют им удовольствие.

фото: соцсети театра

Сара и Либби хоть и сёстры, но характеры у них абсолютно разные. Либби — ехидная подслеповатая старушка с монотонным и дребезжащим голосом, а Сара, ей в противовес, ласковая, заботливая и всегда готовая прийти на помощь бабушка. Надежда Живодерова создала совершенно замечательный образ Сары, её игра вся будто светится жизнью, а от её округлых из-за улыбок щёчек и рук, по-хозяйски упёртых в бока, веет чем-то родным, как будто из деревенского детства, когда тебя ребёнком отправляли на всё лето к бабушке. Не только дом сестёр держится на заботе Сары, но и весь спектакль — на образе Надежды Живодёровой: на её фоне остальные персонажи кажутся побледневшими от солнечного света плоскими картонными фигурами в рост.

фото: соцсети театра

Герои живут в своём неторопливом ритме, будто в замедленном времени, желая растянуть свой закат. Такого же замедления спектакль требует и от своих зрителей: он понуждает вырвать себя из современной динамичной жизни, отказаться на час сорок от бесконечной гонки из пункта А в пункт Б и подстроиться под этот созерцательный темп, изучить безвременье, в котором живут герои спектакля. В сезоне 20/21 Денис Хуснияров уже исследовал природу времени в постановке «Сверш/жение романа» по прустовскому многотомнику «В поисках утраченного времени». Это первая часть многосерийного театрального проекта в рамках программы БДТ «Четыре. Современная режиссура», в котором режиссёр рассматривает с разных сторон пути Пруста-автора, Пруста-рассказчика и героя романа, процессы потери и обретения времени и ощущения безвременья.

Очевиден интерес режиссёра к теме возможности существования человека в другом временном потоке, который движется с иной скоростью и в иных направлениях, нежели наш привычный, неспокойный и суетный. При этом Хуснияров отлично чувствует аудиторию, для которой ставит. Спектакль «Сверш/жение романа» рассказан сложным сценическим языком, похож на стройную систему алгебраических уравнений и в полной мере открывается зрителю, готовому к театральным экспериментам. В это же время «Августовские киты» придерживаются традиционного стиля, актёрская игра здесь будет хорошо знакома и понятна старшему поколению: главные, узловые реплики, большие монологи или смачные шутки артисты произносят в зал, глядя поверх голов зрителей, нет практически никаких отступлений от текста Дэвида Берри. Музыка из 50-х, звучащая в спектакле, соответствует времени действия пьесы. Да и в целом всё здесь «чинно-благородно». Поэтому постановка наверняка откликнется тому зрителю, который в силу возраста и жизненного опыта в состоянии понять героев.

фото: соцсети театра

Стиль работы автора сценографии Эмиля Капелюша считывается с первого взгляда: графичное, минималистично оформленное пространство не даёт конкретных установок на место и время действия. Слегка наклонённый к зрительному залу пол конструкции, которая задаёт условие дома сестёр, обеденный стол со стульями, одинокое весло на стене, скамья и стремянка для наблюдения за китами — всё выполнено из светлого дерева, усиливающего цвето-световые контрасты. Основная часть освещена тёплыми, солнечными софитами, а то, что находится за пределами «дома» — холодным светом, плотным из-за дымовой завесы. Так будто рисуется граница между мирами живых и умерших. Либби часто сидит спиной к залу в холодной части, ближе к заднику — словно вглядывается в свой скорый уход. Ещё одна граница проходит между сценой и зрительным залом: над сценой подвешены крест-накрест две жерди. На одну из них крепится некое подобие занавеса — разделяющая сцену и зал неплотная белая ткань, по которой несколько раз проскальзывают (только лишь) тени героинь. По этой занавеси и проходит граница между миром, живущим в полную силу, и миром, доживающим август своего века. А на второй жерди закреплён вытянутый зеркальный треугольник, в котором отражаются блики воды. Он намекает одновременно и на близлежащий океан, и на реку Стикс, в которую сёстры не раз заглядывали.

фото: соцсети театра

Героини всё время изучают океан через бинокли и подзорные трубы ожидании китов, которые уже несколько лет здесь не объявлялись — точно так же женщины в глубине души надеются вернутся в прошлое, в свою молодость. Но ни китов, ни прошлое за хвост не поймать.

Этот спектакль разрешает зрителю немного притормозить в своей каждодневной гонке по дороге жизни и может помочь ему физически прочувствовать время. Если зрители старшего поколения, которые сидели передо мной, на многие реплики персонажей согласно кивали головой, узнавая в этих словах себя, то для молодых этот спектакль может стать мягким напоминанием быть внимательнее к себе и проявлять чуть больше участия к своей семье.

Автор: Анастасия Воронкова