Площадку в ДК «Рассвет», где прошла премьера спектакля «Дурацкого театра Екатерины Половцевой» «Соната перемен», трудно назвать полноценной сценой. Вытянутое в длину, узкое, лишенное кулис пространство. С разных концов зала спектакль выглядит по-разному: к кому-то ближе конь, остов детской качалки, пол, утыканный то ли стрелами, то ли металлической травой, рояль. Кому-то ближе роскошное круглое окно в стене ДК, ставшее частью декорации (художник – Ирина Уколова). В окне гипнотически и бесшумно колышется еще не опавшая листва. Под ногами героев зеркало или разлитая чистая ртуть. Ртуть – эликсир бессмертия, часть погребального ритуала и составляющая амальгамы.

Спектакль составлен режиссером из двух произведений: «Крейцеровой сонаты» Льва Толстого и романа Ричарда Йейтса «Дорога перемен». Толстой нам известен хорошо, а Ричард Йейтс стал популярен после выхода фильма «Дорога перемен» с участием Кейт Уинслет и Леонардо ди Каприо. Тогда же и перевели на русский язык и этот роман.

Биографическая книга о Йейтсе авторства Блейка Бейли называется «Трагическая честность». Пожалуй, можно сказать то же самое и о Толстом. Беспощадность, с которой оба автора вскрывают трепещущие человеческие отношения, их очень роднит. Режиссер Екатерина Половцева отважно вглядывается в то, что открывается в результате вскрытия.

Перед нами истории двух браков. В каждом из них есть изначальный изъян, проблема, неизбежно приводящая брак к трагическому финалу. «Троянский конь». В начале каждой истории этот конь закрыт белой тканью и как бы не виден. В спектакле нет имен. Герои – Он (Антон Падерин) и Она (Мария Рыщенкова). Нет ни временных, ни географических отсылок. 

В первом действии герои переживают влюбленность. Героиня наивна, чиста и невинна. Герой хорошо погулявший и вполне развращенный мужчина, но рефлексирующий. Перед свадьбой Он решает облегчить груз совести своеобразным способом – познакомить невесту со своим дневником, где описаны любовные похождения. Невеста раздавлена этими откровениями, но решает все-таки покориться и вступить в брак. Упомянутая белая ткань становится фатой. Невеста идет под венец, и по мере ее движения навстречу жениху, ткань сползает, обнажая вздыбленную полуразрушенную статую коня в натуральную величину. Во втором акте «троянский конь» обнаружится ближе к финалу – он будет родом из детства героини.

Итак, то, что должно было составить силу этих союзов, оказалось разрушено еще до начала отношений. Символический ряд постановки Екатерины Половцевой богат, прекрасен и его очень интересно разгадывать. У каждого зрителя, вероятно, будет своя версия происходящего. Сценография представляет нам не бытовой пласт жизни героев, а их «внутренний ландшафт».

Важная часть спектакля – свет (художник по свету – Алексей Крючков). Сцена буквально уставлена осветительными приборами. Световая партитура разнообразна – то уютные домашние гирлянды, то ослепляющий свет допроса, то сияние гримерных ламп и сценических софитов.

Кстати, Толстой любил «световые эффекты». Ближе к финалу «Анны Карениной» есть эпизод, когда Анна словно «прозревает». Она видит жизнь как в свете хирургических ламп – холодном, резком, беспощадном. Все ненавидят друг друга – «она ясно видела это в том пронзительном свете, который открывал ей теперь смысл жизни и людских отношений». Полутона, нюансы, живое трепетание души, нежность, любое очарование, любовь – в этом свете умирают. Видно только одну сторону жизни – животную, грубую, примитивную. Этот свет символизирует надвигающуюся тьму. Кажущаяся ясность зрения на самом деле – слепота. Антон Падерин играет это постепенное «прозрение» громко, крупно, с отчаянием, с ненавистью и к самому себе, и к той, что эти чувства вызвала. На беду, Она в акварельном исполнении Марии Рыщенковой, имеет в себе что-то дразнящее, ускользающее, непонятное Ему – духовную тайну, связанную с музыкой, с тонкой жизнью души. В эти сферы невозможно проникнуть людям материального и чувственного склада, а духовная красота Его невосстановимо разрушена. Недоступность чистоты, зависть к ней, даже скорее, чем примитивная ревность, толкают героя Падерина на убийство жены.

История новых героев во втором акте словно вытекает из предыдущей и становится ее продолжением на новом витке. Театральность превращается в предельную искренность, как если бы после спектакля мы вдруг увидели личную жизнь артистов. Благополучная пара, дом, двое детей, живи, радуйся. Однако счастья нет.

Герои меняются местами и теперь «слабое звено» – Она. Неудавшаяся актриса, «хорошая жена», скучающая домохозяйка, жертва американской мечты. Мария Рыщенкова играет женщину хронически несчастную. Антон Падерин – мужчину, уставшего от этого. Скандалы на ровном месте, раздражение, новая мечта – такая же глянцевая и банальная, как и старая – уехать в Париж! Затея срывается, потому что в героине начинается новая жизнь. Крах.

В спектакле занята юная актриса Пелагея Перегудова, которая воплощает ребенка – будущее, которое герои уничтожают в своем слепом эгоизме. Камнем преткновения для обеих пар становятся дети, дети, которые никому здесь не нужны. Реальная жизнь, которая никому не нужна. Он и Она как будто борются с жизнью, раз за разом выбирая смерть.

«Уважение выдумали для того, чтобы скрывать пустое место, где должна быть любовь», – кричит Вронскому Анна Каренина. Но без уважения невозможен никакой союз и никакая любовь.

Живая музыка пронизывает спектакль (композитор – Теймур Кулиев). Фортепиано, скрипка, виолончель – гармония классики, в которой есть трагизм и свет, есть уважение к жизни, которого лишены герои, как некоторые люди лишены музыкального слуха.

В финале Пелагея поет песню группы «Агата Кристи» о том, что радость ушла – горький финал этой трагической истории. Хотя трагической ее делает форма существования актеров и увеличительное стекло театра.

А в жизни это бытовая драма. Сколько мужчин и женщин носят в себе пепел своих надежд, любви и радости? Как вернуть, оживить все это?

Екатерина Половцева не оставляет своих зрителей во мраке и подсказывает в конце спектакля ошеломляюще простой выход, которым можно спастись с тонущей «подводной лодки» под названием «Брак». Нужно только найти в себе силы сказать и услышать эти два слова.