Спектакль «Блаженный остров» в театре «Et-Cetera». Семья – это святое

Премьерный спектакль театра «Et-cetera» «Блаженный остров» интересен со всех сторон – режиссер Михаил Бычков (неоднократный номинант и обладатель премии «Золотая Маска»), сценограф Николай Симонов, создавший пространство такого количества прекрасных спектаклей, что перечисление займет всю страницу, и наконец, ректор Школы-студии МХАТ – Игорь Золотовицкий в главной роли. Просто праздник для зрителя. Дополнительный плюс – простота пьесы (в хорошем смысле), написанной в 1925 году украинским драматургом Миколой Кулишем.

фото: Татьяна Мордвинова

Зажиточный мещанин Савватий Савельевич Гуска очень не любил революцию. Всё нажитое непосильным трудом отбирают злые голодранцы, а у него семья. И какая! Жена и семь дочерей на выданье. Очень страшно Савватию, да так, что при регистрации дочерей в жилищном комитете он никак не может вспомнить их имена.

фото: Татьяна Мордвинова

И немудрено, дома-то он называет их уменьшительно-ласкательно: Устенька, Настенька, Пистенька, Христенька, Хростенька, Анисенька, Ахтисенька. А как стал вспоминать полные, так одну и не смог. И записали их всего шесть, и непонятно, как теперь накажет за это государство.

фото: Татьяна Мордвинова

Но это только половина беды. Подчистив закрома и подвалы зажиточных жителей, революция занялась уплотнением. И к Гуске подселяют товарища, присутствие которого вызывает ужас и панику у всей семьи. Паникуют не зря: в подвале припрятаны не только продукты, но и свинья Маргаритка, найти которую легко по звуку.

фото: Татьяна Мордвинова

Надежда на лучшее появляется с приходом в дом старого знакомого, молодого эсера Пьера Кондратенко. Он предлагает семье спасение на острове, где тишина, нет ни души, и куда не ступала красная нога революции.

фото: Татьяна Мордвинова

Вряд ли Микола Кулиш рассчитывал, что герой его пьесы вызовет сегодня такое понимание и сочувствие. Он-то хотел обличить мещанство, а получилось ровно наоборот.

фото: Татьяна Мордвинова

Получилась история о человеке, который всеми силами пытается защитить свою семью. Он боится, но не за себя, он боится за своих родных. Исполнитель главной роли – Игорь Яковлевич Золотовицкий – считает, что сегодня, в нашем эгоистичном мире, очень важно рассказывать о таких людях: «Сейчас больше волнуются за свою карьеру и благополучие, чем за тех, кто рядом. Таких Савватиев стало мало, а надо, чтобы было больше, тогда и жить мы будем лучше».

фото: Татьяна Мордвинова

Роль Савватия идеально подходит Золотовицкому. Большой, громогласный, но уютный и трогательный, как огромный плюшевый мишка, он заключает в свои объятия сразу всех своих женщин. В спектакле вообще много объятий, но даже без них возникает ощущение семьи, дома, тепла, чего-то самого дорогого. На эти ощущения направлена и сценография Николая Симонова, главной изюминкой которой становится дом-корабль, призванный увезти семью Савватия на «землю обетованную».

фото: Татьяна Мордвинова

Маленький уютный семейный мирок чудесно дополняет и няня Ивдя (Марина Чуракова/Ольга Белова), не только любящая семерых девочек, но и, как оказалось, неровно дышащая к главе семейства. Пересыпая свою речь нежными обращениями, «голубь мой иорданский», «моя цесарочка», «воздуховная», «канареечка херувимская», она печалится о прошлой жизни, и так же страшится за будущее девочек, которые выросли на ее руках.

фото: Татьяна Мордвинова

Дочери Савватия, те самые, чьи полные имена он не смог припомнить, на первый взгляд очень похожи друг на друга. Но только на первый. У каждой из них свой характер и образ, тщательно проработанный актрисами театра: Натальей Баландиной, Мариной Дубковой, Елизаветой Рыжих, Ольгой Котельниковой, Екатериной Егоровой, Анастасией Шумилкиной, Евгенией Вайс, и художником по костюмам Марией Даниловой.

фото: Татьяна Мордвинова

В противовес хорошо воспитанным, добрым и напуганным людям режиссер выводит на сцену двух рыбаков (читай «большевиков») в исполнении Сергея Плотникова и Максима Ермичева. В образе тех самых мух, что красуются на афише спектакля, они воплощают всё самое гадкое, что есть в захватчиках. Отбирают деньги, развязно «тыкают», хватают девочек за разные места и берут всё, что захотят. И, к сожалению, победить их невозможно. От этого эйзенштейновская коляска на сцене смотрится еще страшнее. Единственный потенциальный защитник Пьер Кондратенко (Артем Блинов) сгинул в тумане «блаженного острова».

фото: Татьяна Мордвинова

Фраза «раньше было лучше», применительно к спектаклю, звучит одновременно и иронично и до дрожи истинно. Трогательное и смешное семейство вызывает бурю положительных эмоций, а главному герою сопереживаешь как родному. Слегка иронизируя над своими персонажами, режиссер, тем не менее, делает акцент на самые важные для человека ценности. Семья – это святое, это то, что каждый из нас должен оберегать и ценить превыше всего. А если семье угрожает опасность, найди свой «блаженный остров», только убедись, что он необитаем.