Фонтан слёз Бахчисарайского дворца. Балет «Бахчисарайский фонтан» Марийского государственного академического театра оперы и балета им. Э. Сапаева 

Беспечно ожидая хана,
Вокруг игривого фонтана
На шелковых коврах оне
Толпою резвою сидели
И с детской радостью глядели,
Как рыба в ясной глубине
На мраморном ходила дне.

Известно, что Александр Пушкин не хотел публиковать поэму «Бахчисарайский фонтан», потому что «многие места относятся к одной женщине, в которую я был очень долго и очень глупо влюблён». О какой даме писал поэт мы не знаем, она одна из списка «утаённой любви Пушкина». В настроении поэмы угадывается состояние автора, отравленного горечью сердечных мук. В финале главный герой одиноко коротает время у «фонтана слёз», мучимый видениями о возлюбленной. Таинственный, даже мистический дух пронизывает сюжет, превращая его в притчу о любви и ревности.

Фото предоставлены пресс-службой театра

С аншлагом состоялся показ балета «Бахчисарайский фонтан» Марийского государственного академического театра оперы и балета им. Э. Сапаева в рамках ХХI Летних Балетных Сезонов. На сцене РАМТ развернулось яркое действие, оживившее древнюю легенду. Балетно-драматический спектакль любим зрителями, и это не удивительно, ведь он сочетает в себе острый драматизм, эмоциональную напряжённость и традиции классического балета.

«Хотелось создать совершенно необычный, парадный, яркий, в хорошем смысле слова дорогой по восприятию зрителей спектакль, чтобы всё было сделано действительно со вкусом, мощно…» − признаётся балетмейстер-постановщик, хореограф и исполнитель образа хана Гирея Константин Иванов и добавляет: «Я поклонник действенного балета, в котором рассказывается сюжетная линия через пластику, через танец…»

Фото предоставлены пресс-службой театра

Художник Владимир Королев не скупится на краски и броские детали: огромные статуи в первом акте, ажурные росписи, мерцание света, пышность формы. При этом ощущается сентиментализм, который подчеркивает лирическую силу сюжета. Это настроение передают исполнители.

Мягкость и поэтичность Марии (Кристина Михайлова) контрастирует со жгучей пылкостью Заремы (Екатерина Байбаева). Их дуэт выражает столкновение хрупкого льда и пламени. Гирей слеп и не видит приближающуюся опасность, его движения мягкие, широкие, полные волнений. Узнав об измене хана, статуарное величие Заремы сменяется. Теперь она – мятущийся дух, барельеф мольбы.

Фото предоставлены пресс-службой театра

Зарема убивает Марию одним резким ударом кинжала. Тонкая фигурка замирает в объятиях Гирея, пластика рук передаёт увядание молодой, только распустившейся, жизни. Убийство для Заремы – это прежде всего протест против насилия гарема, во имя утверждения собственного достоинства и чести. Мария тихо умирает. Каждый отдельный танец несёт завершённый смысл, полноценный монолог и служит продолжением сюжетной линии.

В финале ничто не может развеселить хана, даже дикая воинствующая татарская пляска. Гирей поражён не на поле боя, а у себя в гареме и рукой не врага, а собственной жены. Хан велит ввести в действие «Фонтан слёз», сооружённый «в память горестной Марии». Глядя на него, он вспоминает пленительный образ, и тот оживает перед ним. Но видение призрачно, Мария навсегда исчезает в тени фонтана. «Перерождение дикой души» Гирея произошло ценой невинной жертвы.

Фото предоставлены пресс-службой театра

Поэтически-созерцательный строй музыки Бориса Асафьева гармоничный и вместе с тем строгий. Автор безошибочно определяет длительность каждого отдельно взятого танца, характер эпизодов, драматическую структуру. Труппе Марийского театра удаётся развить всё это, а также передать характеры пушкинских героев. Бережно раскрывая словесный подстрочник танца и сквозную линию каждого персонажа, коллектив театра самобытно пересказывает легендарный сюжет, привнося в него собственное видение, настроение времени и красоту.