Башня в виде буквы «А», фильм Мартина Бурбулона «Эйфель»

Масштабное историческое кинополотно «Эйфель» выходит на российский экран 14 октября.

Создание самого дорогого французского фильма 2020 года началось еще 24 года назад, когда у сценаристки Каролин Бонгран родилась идея снять историю о строительстве любимого архитектурного объекта Франции. Воплотить идею в жизнь удалось лишь в 2020 году.  Мировая премьера состоялась в марте 2021.

Странно, что французы раньше не догадались увековечить на экране парижскую достопримечательность, которую обожает весь мир. Авторам фильма было изначально понятно, что для пробуждения зрительского интереса к картине одних лишь производственных сцен возведения башни будет недостаточно. К тому же с личной жизнью Гюстава Эйфеля (Ромен Дюрис) связаны некоторые романтические легенды, подтверждения которым удалось найти лишь отчасти. Сюжет объединил историю строительства объекта с историей долгой и неудавшейся любви гениального инженера к Адриенн Бурже (Эмма Маккей). Согласно легенде, башня получила форму буквы «А» именно в честь возлюбленной архитектора.

Источник фото: kinoafisha.info

Париж конца XIX века. Наступает эпоха технического прогресса. Самые богатые парижане уже разъезжают по городу на собственных авто. Талантливый инженер Гюстав Эйфель одержим идеей строительства в столице Франции подземной железной дороги – метро. Он только что закончил работу над Статуей Свободы в Америке и находится на пике своей карьеры и славы. Французское правительство предлагает Эйфелю создать что-нибудь необычное для Всемирной выставки в Париже в 1889 году, но архитектор отказывается от проекта металлической башни, предложенной командой его инженеров. Это факты, на которые опирались авторы фильма. Дальше в судьбе Эйфеля произошло некое таинственное событие, которое резко поменяло его планы – внезапно он ухватился за идею возведения 300-метровой башни в центре города так истово, что даже заложил свою собственность, чтобы завершить проект. Сценаристка фильма предположила, что этим событием стала встреча инженера с женщиной, в которую он был влюблен в молодости, когда строил мост святого Иоанна в провинции Бордо.

Источник фото: kinoafisha.info

Две истории – производственная и романтическая сплетены в единый сюжет. «Нам предстояло найти и соблюсти баланс двух независимых сюжетов – человеческая мелодрама и строительство башни», – рассказал режиссер фильма Мартин Бурбулон. Попытка «поверить алгеброй гармонию» удалась не окончательно. Техническая сторона фильма оказалась на удивление куда более сильной, чем мелодраматическая. Захватывающие подробности различных стадий возведения башни с доступным, отлично снятым толкованием всех особенностей и моментами приспособления объекта к местности вполне способны конкурировать с довольно банальной историей любви. Эти два сюжета беспроблемно могли бы существовать отдельно друг от друга, из чего следует, что их гармоничного единения в фильме не произошло.

Источник фото: kinoafisha.info

Париж XIX века создавался декоратором Стефаном Тайлассоном и мастером компьютерных спецэффектов Оливье Говета. Их впечатляющим декорациям наполовину построенной Эйфелевой башни веры больше, чем надуманному перебору любовных страстей со слезами, показательным утоплением в Сене, физическими увечьями во имя любви и прочей страдательной чепухой. Это тот самый случай, когда сюжет «делает актера» – прекрасный Ромен Дюрис вместе со своим персонажем очень талантливо возводит ажурную башню. Юркий, чернявый, энергичный инженер весь поглощен процессом стройки, ради которой он готов на все. Актер невероятно убедителен во всех сценах строительства, ораторства, отношений с дочерью и еще больше – в дуэте с великолепным Пьером Деладоншамом, сыгравшим мужа Адриенн Антуана. Когда же история поворачивает к заурядному любовному треугольнику, мастерство актеров приземляется и сдувается, как проколотый воздушный шарик. Совсем не повезло Эмме Маккей – весь психологизм ее роли сосредоточился в эротично приоткрытых губах, волнении груди, в трепетном касании длинных пальцев к завиткам волос и волооких взглядах. Актриса с британскими корнями и квадратным лицом в принципе не обладает харизмой французской утонченности, и вдобавок к этому не получила драматургической возможности проявить свой истинный талант. Эмоционально фильм то уводит в лабиринты увлекательной инженерии, то усыпляет кадрами любовных переживаний и тоскливого секса.

Источник фото: kinoafisha.info

Работа оператора Матиаса Букара исправляет многие погрешности сценария. Он мастерски освещает мизансцены, беря на себя половину составляющей атмосферы фильма, который отличается чистотой и живописностью кадра. Именно живопись управляет некоторыми сценами картины. Во время первого знакомства-сближения героев на пленэре оператор делает незамысловатый расфокус на заднем плане и, точно на холсте, возникает легкость и размашистость импрессионизма, без которого невозможен конец позапрошлого века во Франции. В цветовой гармонии этой вечеринки невольно узнается «Завтрак на траве» Клода Моне, в движениях и общей ауре – мотивы полотен Ренуара и Тулуз-Лотрека. Нередко оператору приходится «снимать с плеча», и эффект движущейся камеры невероятно оживляет уличные кадры Парижа, недостроенной башни и даже отношений героев. Единственная тривиальность, к которой прибегает мастер камеры и которая, возможно, была задумана не им – поцелуй героев на фоне заката над Парижем на строительных лесах. Эта открыточная красота упрощает весь предыдущий визуальный ряд, казавшийся безупречным.

Источник фото: kinoafisha.info

Одна из удач фильма – в его временном просторе, в наполненности светом, воздухом, солнцем, ощущении новизны приближающегося двадцатого века. Главная героиня картины – Эйфелева башня – стала символом не только любви и романтики, но и прогресса, стремления человека к полету и парению над землей. Нет в фильме только самого важного, ради чего затевалась вся эта дорогая костюмная мелодрама – судьбы творца архитектурного шедевра, потому что она бесславно увязла в дешевых бульварных амурах.