Лев Толстой, Римас Туминас, Андрей Болконский. «Война и мир» в Театре Вахтангова

Когда ненадолго стихло громкое премьерное эхо ноябрьских восторженных «Браво!», а брошенные в воздух чепчики благополучно приземлились в руки владельцев, чтобы немного отдохнуть, мы решили пустить свою скромную волну по поверхности океана под названием «”Война и мир” Римаса Туминаса». Жанр «зрители объясняют режиссёру, о чём тот поставил свой спектакль» на этот раз показался нам совершенно неуместным, поэтому мы пришли в Театр Вахтангова и задали несколько вопросов о спектакле Юрию Поляку – одному из исполнителей роли Андрея Болконского.

Фото: Людмила Сафонова

Как отреагировала труппа, когда узнала, что худрук приступает к постановке «Войны и мира»?

Все очень ждали начала, потому что разговоры о постановке шли долго, года два. И все волновались: будет или нет. Вся труппа внутренне надеялась, перечитывала роман. Периодически можно было увидеть кого-то с «Войной и миром» под мышкой.

Перечитали все четыре тома? 

Конечно. Театр тогда закрыли на карантин, я уехал в деревню и там как раз перечитывал. «Война и мир» в деревне очень хорошо читается (улыбается)

Фото: Александра Дёма

Что нового открыли для себя – о романе, о Толстом, о мире и войне?

Да всё было новое! В школе я роман не дочитал, по программе его только герои до конца дочитывают (улыбается). В школьном возрасте другие интересы, что-то всё равно воспринимается не так. Многого не понимаешь, потому что ещё молод для каких-то мыслей.

Вы ездили за вдохновением в Ясную Поляну? 

Обязательно, всей командой. В таких случаях всегда ждёшь, что произойдёт какое-то чудо… И оно происходит, но немножко не так, наверное, как ожидалось. Когда были в тех местах, то представляли себе, как Толстые жили там семьёй, ходили по этим лестницам, читали книги из библиотеки, обедали за столом все вместе. Тогда и персонажи, пожалуй, нам становились чуть ближе и реальнее. Потому что роман во многом автобиографичен: мысли Толстого заложены и в Пьера, и в Андрея, и в Николая Ростова, они все близки его мироощущению.

Фото: Александра Дёма

Как изменилось со школьных лет ваше отношение к Болконскому?

Сильно изменилось. Я всегда его считал больше романтическим, положительным героем. А когда мы начали работу над спектаклем, Римас Владимирович объяснял, что Болконский – несчастный человек, отрицательный персонаж. Героический, но отрицательный, и он таков в противовес Пьеру. 

В спектакле несколько составов, и зрители их конечно же сравнивают. Переживаете по этому поводу? 

Каждый лучше по-своему, тут нет повода переживать или расстраиваться. Важнее понять не то, какой состав лучше или хуже, а то, как ты сам справился с ролью. К тому же мы в труппе и внутри состава доверяем друг другу. С Пашей Поповым, Денисом Самойловым (исполнители роли Пьера Безухова – прим. ред.), Яном Гахармановым (Андрей Болконский) мы дружим, и с Виктором Добронравовым (Андрей Болконский) у нас тёплые отношения. Витя очень отзывчивый человек, прекрасный актёр, с ним можно быть в диалоге, и он взрослее – у него чему-то можно научиться.

Фото: Александра Дёма

Зрители отмечают, что в этом спектакле Болконский высокомерен, даже называют его злым.

Да, я их понимаю. И то, что он настолько несчастен, зол, настолько никого не любит и от этого мучается, для меня тоже в какой-то момент стало и новым, и где-то даже сложным. Потому что я думал: ну как же так, это же Андрей Болконский, это же честь, стать, благородство… Да, эти черты в нём, конечно, есть, но вместе с тем много злости на себя, на весь мир. И этот мир не соответствует тем идеалам, которые он вычитал, придумал для себя. Когда он выбирает объект – жену или друга, то идеал настолько силён в его голове, что чем ближе Андрей притягивает человека, которого он выбрал для отношений, тем сильнее этот человек отдаляется от придуманного идеала.

Почему Андрей сжёг бумаги отца? Этого эпизода нет в романе, зачем он нужен в спектакле?

Римас Владимирович хотел вложить такой смысл: старый граф давно не служит, он в ссылке, и Андрей сжигает бумаги с записями и ремарками отца, чтобы спасти его от насмешек тех, кто мог бы читать эти бумаги. Второй момент аллегорический: сжигая бумаги отца, Андрей продаёт душу дьяволу. Его монолог о славе – это по сути договор с дьяволом.

Фото: Александра Дёма

Какое послание режиссёр хочет передать миру через Андрея Болконского?

Римас Владимирович как-то сказал, что основная тема в том, что «нас надули и мы надули», что вокруг нас – какой-то большой обман, в котором очень сложно жить и оставаться светлым и наивным. И в этом обмане существует несчастный человек – талантливый, одарённый, сильный, но так и не реализовавший себя. Этому человеку внутренне было дано всё, но он не получил ничего извне – ни любви, ни славы – и везде оказался неудачником. Единственное, что Болконский сумел хорошо сделать, это, наверное, умереть. Всю жизнь он хотел, чтобы любили его, и только перед смертью понял, что наконец может любить сам, что счастье – в любви и самопожертвовании, как говорит Пьер.

Фото: Людмила Сафонова

Как работается с Римасом Туминасом? Что Мастер ищет в актёрах?

В работе артиста Римас Владимирович ценит талант и трудолюбие, и чувство юмора – потому что у него у самого чувство юмора прекрасное. Он всегда стремится понять что-то про актёра – каков он в профессии, есть ли у него внутренняя философия или она только зарождается. Ему интересно, когда у актёра есть свои мысли, когда есть что сказать. И ощущение театра – когда для артиста театр не просто работа, а что-то очень большое и важное. А ещё Римас Владимирович – потрясающий философ: ум, чувство правды, и при этом он может и ребёнком быть – в юморе, в открытости. Мне кажется, это две важные составляющие – быть наивным ребёнком и взрослым мудрецом.